Добрый день всем :)

bKZrhsgczoA.jpg

Здравствуйте, дорогие читатели! Кем бы вы ни были - врачом ли, студентом медицинского или любого другого профиля, научным сотрудником, офисным работником или просто любым другим человеком с пытливым умом и стремлением к историческим знаниям - добро пожаловать в мир медицинской истории!

В этом мире есть и бескрайние поля скопившихся за многие века малоизвестных фактов о медицине и врачах, горы информации, уходящие вершинами в глубину веков (парадокс – вершинами в глубину, да?), и похожие на стойкие города-крепости истории известнейших в медицине личностей (чей ставший классическим образ иногда скрывает ой как много всего…) Интригует? Милости просим!

Итак, вы зашли к нам. Вам наверняка интересно, что же тут может быть такого необычного, занимательного, того, что сможет вас, быть может, удивить или даже ошеломить, того, о чем бы вы даже не догадывались раньше. Можем уверить вас - мы найдем, чем порадовать! Найдем, покажем, объясним и отдадим на долгое хранение в чертоги вашего разума (если вы – современный Sherlock).

Знаете ли вы, какая именно была травма у Александра Пушкина и почему она была несовместима с жизнью? Или какие могут быть опасности мастурбации по версии одного из парижских врачей 1830 годов? Или почему во времена знаменитого хирурга Николая Пирогова солдаты, используя последние остатки сил и воли, старались уползти с поля боя куда угодно, лишь бы не попасть в руки к врачевателям? Или что такого заметил исследователь сна Мишель Жуве у кошки и сказал, что она притворилась спящей? А что некогда на одной рекламе спокойно сочетались героин и аспирин, лекарственные формы которых создал один и тот же человек? Может быть, вы знаете, кто такой Макс Петтенкофер и что случилось с ним после того, когда он решился проглотить культуру холерного вибриона? Или с чем еще, кроме болезней, боролись медики век назад?

Смело говорим - у нас подобных историй много. Очень много – и странно, что никто до сих пор не сделал такого блога. Постараемся исправить это недоразумение.

Здесь вы найдете интересные находки из старинных книг по медицине, истории о жизни нобелевских лауреатов и открытии различных веществ, которыми в медицине уже не пользуются или пользуются до сих пор, забавные и каверзные случаи из практики врачей разных веков, истории создания и использования хирургических инструментов и еще много-много других занимательных фактов из искусства врачевания, окутанных пеленой истории.

Наслаждайтесь - тем более, что за блогом можно сейчас следить и в Facebook!

Есть только одна просьба: мы не приемлем мата в комментариях. Будем такие комментарии безжалостно удалять - вне зависимости от позиции автора коммента.

PS

Мы очень скромные, поэтому не стали рассказывать о себе в основном тексте, представляющем блог. Но мы привыкли отвечать за свои слова. Потому два слова о нас.
Идея блога принадлежит Анне Хоружей, студентке Волгоградского государственного медицинского университета. Ну а вместе с ней тексты в блог пишет научный и медицинский журналист, соавтор scienceblogger, Алексей Паевский (мы взяли кое-что из постов в этом блоге). Разумеется, авторы блога будут перепощивать интересные статьи и посты из других источников. И, конечно, мы будем рады новым авторам нашего ресурса.

Ну и ещё: авторы блока в составе небольшой команды в тестовом режиме (и на чистом энтузиазме пока) запустили сайт, посвящённый нейросайнс и нейротехнологиям, который мы постараемся сделать основной площадкой освещения нейротематики.

Сайт доступен по двум адресам: нейроновости.рф и http://www.neuronovosti.ru
Кроме того, мы создали его паблики в фейсбуке и во вконтакте:
https://www.facebook.com/neurotech2035/
https://vk.com/neurotech2035

Присоединяйтесь )
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Персона дня. Пьер Мари: оставивший свое имя болезни Кристины

В прошлом году группа американских врачей поставила диагноз героине классической американской картины «Мир Кристины». Полушуточный «консилиум» наконец-то установил, что соседка Энди Уайетта, которую он изобразил на полотне, болела синдромом Шарко-Мари-Тута. Обладатель центральной фамилии в этом перечне – Пьер Мари – стал центральной фигурой мировой неврологии за полвека до создания картины – на рубеже XIX-XX вв. О нем и пойдет речь в нашей статье.



"Мир Кристины"

Родился будущий выдающийся невролог в богатой буржуазной семье Парижа 9 сентября 1853 года. Первое образование он получил в школе-интернате в Вауве, куда его отдали в детском возрасте. С ранних лет Пьер увлекался биологией и анатомией, но глава семейства считал, что он обязательно должен стать адвокатом. Повинуясь желанию отца, он сначала изучил закон, а уже потом принял окончательное решение пойти в медицину.



Пьер Мари

Collapse )

Материал создан соавтором блога Анной Хоружей для газеты "Неврология сегодня" ИД "АБВ-пресс"

День в истории: операции на рабынях и создание новой области медицины

Collapse )



Но для начала давайте расскажем о главной женской патологии того времени, которая и привлекла внимание Симса: везиковагинальная фистула. Или пузырчато-влагалищный свищ. Что это такое? Это одно из самых страшных последствие осложненных родов в то время. Обычно принято считать, что просто сложные роды прорывали свищ из влагалища в мочевой пузырь. Однако чаще всего везиковагинальная фистула – результат гибели плода при родах, в случае если его не удалось извлечь и если роженица выжила, и если потом остатки плода сами покинули матку и попали во влагалище, нанеся многочисленные травмы. Так или иначе, между мочевым пузырем и влагалищем образуется канал. Иногда к этому добавляется и канал в прямую кишку. В результате вся попадающая из почек в мочевой пузырь моча немедленно изливается через влагалище, которое постоянно воспалено, стенки которого кальцифицируются. В общем, ужас.

Вот как описывали типичное состояние несчастной с фистулой врачи того времени:
«Бедная женщина [с фистулой] теперь переходит в самое жалкое состояние, по сравнению с которой большинство других физических пороков жизни можно считать полнейшим ничтожеством. Моча, проходя во влагалище, как только она образуется, воспаляет и раздражает его слизистые оболочки, покрывает их известковыми отложениями, и причиняет много страданий. Она постоянно стекает вниз по её бедрам, раздражаеткожные покровы, держит ее одежду постоянно мокрой, и постоянно источает своеобразный запах, несносный как для женщины, так для тех, кто вокруг нее. В тех случаях, когда прободение было обширным, и потеря вещества из тканей большой, и где паллиатив не помогал, женщина была вынуждена постоянно сидеть на стуле или кресле с отверстием, через который моча спускалась в сосуд под ним».


Именно с этим ужасом и решил бороться Симс, и то, как он выполнял свои первые операции по ушиванию фистулы и стали причиной нападок на него, особенно некоторой современной части общества.

Итак, с точки зрения нападающих на Симса, ситуация выглядит так: хладнокровный жестокий врач, ПРЕЖДЕ чем выполнять операции, использовал для тренировки чернокожих рабынь как подопытных кроликов, не заручившись от них «информированным согласием», СПЕЦИАЛЬНО мучил их, не применяя наркоз, хотя мог бы, репетировал по многу раз на одной рабыне (называется рабыня по имени Анарха, которой было якобы выполнено 30 операций – на самом деле, более реально число 13, а 30 – это общее число выполненных операций. И, разумеется, после первой успешной операции на Анархе эксперименты с ней прекратились). Дополнительно утверждается, что он вообще просто купил себе этих рабынь.

Collapse )

Следить за обновлениями нашего блога можно в наших пабликах в Facebook и ВКонтакте.

День в истории: 480 лет современной хирургии

13 ноября 1537 года родилась современная хирургия. При штурме замка Авильяна французская армия понесла такие потери, что у цирюльника Амбруаза Паре закончилось масло, по учебнику предписанное для обработки пулевых ран. Оказалось, что пациентам, оставшимся без масла, гораздо лучше. С этого дня парикмахер учился на хирурга не по книгам, а действуя сравнительным методом, который превратил искусство врачевания в медицинскую науку. Об этом рассказывают коллеги из Doctor.Ru



Скелет с обозначением костей, переломы которых разбираются в руководстве Амбруаза Паре по хирургии. Иллюстрация к изданию 1564 года.


Вот уже 50 лет на поле боя царило короткое гладкоствольное ружьё – аркебуза, наводившая на военных ужас. Любое пулевое ранение считали смертельным, да ещё особо мучительным. Первый же раненый из аркебузы, которого встретил Паре – храбрый капитан по прозвищу Крыса – получив пулю в лодыжку, утратил мужество и сказал цирюльнику: «Вот и попалась Крыса». Амбруаз кое-как выковырнул пулю, перевязал рану. Капитан выздоровел. На старости лет Паре вспоминал своё тогдашнее ощущение – как будто по незнанию сделал что-то не то, и просто повезло: «Я его перевязал, а исцелил его Бог».

Амбруазу не было и 27 лет, он в прямом смысле ещё не нюхал пороху. Даже состоял не в том цехе – не хирург, а цирюльник. И не полноправный цирюльник, а подмастерье, которому не хватило денег на оплату экзамена, вот и нанялся в армию.

Collapse )

Нобелевские лауреаты: Юлиус Вагнер-Яурегг. Лечить, заражая


О том, как из двух друзей-психиатров один получил Нобелевскую премию, а другой был только номинирован на нее (зато еще и по литературе), о «диком» методе лечения одного заболевания другим, который был эффективен в начале века, но не объяснен по сей день.




Юлиус Вагнер (Риттер) фон Яурегг

Родился 7 марта 1857 года, Вельс, Верхняя Австрия

Умер 27 сентября 1940 года, Вена, Австрия

Нобелевская премия по физиологии или медицине 1927 года. Формулировка Нобелевского комитета: «За открытие терапевтического эффекта заражения малярией при лечении прогрессивного паралича (for his discovery of the therapeutic value of malaria inoculation in the treatment of dementia paralytica).


Наш герой родился в старинном австрийском городе Вельс, известном под именем Овилия еще с древнеримских времен (впрочем, в 477 году его разрушили до основания варвары, и снова статус города он получил три четверти тысячелетия спустя). Его родителями был чиновник Адольф Йохан Вагнер и его жена Яуернигг Ранцони. Впрочем, просто Юлиусом Вагнером будущий нобелевский лауреат пробыл всего 26 лет. В 1883 году его отец был удостоен низшего дворянского титула риттера и стал зваться Вагнер Риттер фон Яурегг. Правда, уже в конце жизни – а после Первой мировой в Австрии титулы отменили вовсе, и в итоге осталось Юлиус Вагнер-Яурегг.



Герб Риттеров фот Яуреггов
Wikimedia Commons


Деньги и связи у семьи были, поэтому и среднее, и высшее образование молодой человек получил весьма и весьма хорошее: сначала престижная Шоттенгимназиум, затем – медицинский факультет Венского университета. Шесть лет, с 1874 по 1880 годы, он совмещал учебу с работой ассистентом у знаменитого Соломона Стрикера в Институте общей и экспериментальной патологии. Стрикер был знаменит в первую очередь своими трудами по гистологии и исследованием внеклеточного матрикса.



Соломон Стрикер
Public Domain


В 1880 году Вагнер (тогда еще просто «Вагнер») – доктор. Он становится просто ассистентом Стрикера и в тот же год знакомится с молодым учеником Жана Мартена Шарко – Зигмундом Фрейдом. Знакомство переросло в дружбу двух психиатров, которая продлилась долгие десятилетия. Правда, направление их мысли было противоположным – если Фрейд пытался понять, какие соматические проблемы вызываются психическими отклонениями, то Вагнер думал о неврологических основаниях психических проблем.

Кстати, раз уж зашла речь о Зигмунде Фрейде, который не смог стать героем нашей рубрики. Он 32 раза номинировался на Нобелевскую премию по физиологии и медицине — с 1915 по 1938 год. В том числе уже известным нам Робертом Барани, своим другом Вагнером-Яуреггом и еще одним нобелиатом, о котором речь еще впереди – Отто Леви. И один раз, в 1936 году, его номинировали... на «нобеля» по литературе. Тоже нобелиат, кстати, постарался: Ромен Роллан.



Зигмунд Фрейд
Wikimedia Commons


Первые заболевания, на которые обратил внимание в своей работе Вагнер Риттер фон Яурегг, были кретинизм и прогрессивный паралич. Первый представляет собой замедление умственного и физического развития на фоне недостаточности работы щитовидной железы. В те годы зоб и кретинизм были очень частыми «гостями» в приемных врачей Центральной Европы, особенно в Швейцарии. Именно Вагнер-Яурегг в 1898 году смог показать, что эти болезни связаны с недостатком йода в пище. Уже после Первой мировой он убедил австрийское правительство выпускать йодированную соль. Его коллега, нобелевский лауреат Эмиль Теодор Кохер убедил сделать то же самое правительство Швейцарии.

С прогрессивным параличом (так его называли у нас, в мировой литературе его именовали dementia paralytica) ситуация была совсем иная. На самом деле это инфекционное заболевание, сифилис. Точнее, третичный сифилис, самая поздняя стадия, когда бледная спирохета попадает в мозг и вызывает распад личности, паралич и почти всегда летально. На конец XIX века 15% «клиентов» домов умалишенных составляли именно пациенты с прогрессивным параличом. Так что да, в те годы сумасшествие было, в конечном счете, заразно. Ротация коек в этом случае была почти стопроцентной: заболевание убивало за четыре года.

Но остается это слово «почти». Как писал сам Яурегг, «наибольший интерес для врача представляет изучение случаев выздоровления при неизлечимых болезнях». Кто-то выживал, и нужно было понять, почему. Он заметил, что чаще всего выживают те, кто во время своей болезни болел чем-то еще. Особенно «удачным» случаем была тифоидная лихорадка. В 1887 году Яурегг предположил, что от прогрессивного паралича лечит высокая температура тела. И начал разрабатывать свой метод пиротерапии. Сначала, после работ Коха и первой эйфории с туберкулином, Яурегг пытался заражать туберкулезом и лечить потом туберкулез туберкулином. Тут его постигла двойная неудача – и лихорадка была слабенькая, и Кох ошибся – туберкулин не излечивал туберкулез.

Потом появилась надежда номер 606 – Пауль Эрлих разработал препарат сальварсан, который лечил сифилис, но с третичным сифилисом он не справлялся.

Поэтому Яурегг обратил внимание на малярию: легкая трехдневная форма ее лечится хинином, и оказалось, что при правильно подобранных штаммах, сроках лихорадки до начала лечения и тактике ведения больного выздоравливают до 85% пациентов. Этот успех пришел к Яуреггу в 1917 году.



Яурегг наблюдает за процедурой переливания крови пациенту с прогрессивным параличом. 1934 год
Wikimedia Commons


Кстати, некоторые специалисты считают, что в обстановке строгой секретности от нейросифилиса лечили и Владимира Ильича Ленина. Однако данных по этому пока что нет: некоторые медицинские документы вождя мировой революции засекречены до 2024 года…

Были у Яурегга и иные «достижения». Так, он предлагал лечить шизофрению, «вызванную чрезмерной мастурбацией», стерилизацией пациентов. Сам психиатр, конечно же, отмечал улучшение в состоянии пациентов.

В 1927 году пожилой Яурегг получил Нобелевскую премию по физиологии или медицине. На тот момент от был едва ли не самым возрастным лауреатом в этой номинации: ему уже стукнуло 70.

Метод пиротерапии просуществовал недолго: уже в 1940-е годы пенициллин стал методом номер один при лечении нейросифилиса. Так остается и поныне. Любопытно, что до сих пор остается неизвестным, как точно работает его метод. Вероятнее всего, высокая температура просто убивает бледную спирохету.

На Нобелевской церемонии представитель Каролинского института сказал: «Лауреат предоставил нам средство для эффективного лечения серьезной болезни, которая до настоящего времени считалась устойчивой ко всем формам терапии и неизлечимой».

День в истории. Когда мозг превращается в луковицу

Сегодня мы отмечаем важную дату в истории нейронаук: 122 года назад родился крупнейший венгерский невролог Йожеф Бало, первооткрыватель концентрического склероза. Печальная до боли картинка: о самом выдающемся патологе (не говоря уже о неврологе) Венгрии, оставившим свою фамилию в медицинской эпонимике на английском языке написано исчезающе мало. Про русский мы молчим. Даже «статья» о нём в российском журнале «Клиническая патофизиология», написанная его учеником Белой Шенде, несмотря на пафосное название «Учитель» имеет в размере всего пять коротких абзацев: 500 слов и предлогов. Сокрушаются и европейские коллеги: «К сожалению, большинство деталей его биографии и научные публикации не переведены на английский или основные европейские языки».  Давайте же попробуем рассказать о Йожефе Бало и об открытом им заболевании хоть немного.

Йожеф Бало


Наш герой родился 10 ноября 1895 года в Трансильвании в семье мелкого аристократа.  В 1919 году он поступил в Католический университет Петера Пазманя – этот основанный еще в 1635 году негосударственный вуз и поныне существует  в Будапеште. Сейчас в  нём учится около 10 000 студентов. Уже студентом он начал научно-медицинскую работу под руководством известного анатома и невролога Кароя Шаффера. Помните аксонные коллатерали из зоны CA3 в гиппокампе, играющие важную роль в формировании памяти, идущие в область CA1? Да-да, шафферовские коллатерали. Это его рук и микроскопа дело.

Карой Шаффер


Уже со студенческой скамьи выходят первые работы Бало, посвящённые изменению нервной системы при пернициозной анемии (болезни Аддисона-Бирмера). В 1922 году наш герой получил рокфеллеровскую стипендию и уехал на четыре года на стажировку в Университет Джонса Хопкинса. Когда он вернулся, в 1926 году он получил назначение главой патологического отделения в госпитале св. Иштвана. И именно тогда к нему пришел безнадёжный пациент, 23-летний студент-юрист, который и прославил фамилию Бало.

Сначала пациент заболел афазией, потом последовал паралич лицевого нерва, гемиплегия (паралич половины тела) справа, недержание мочи и кала, судороги…

Пациент скоро умер, а изучение его привело Бало к мысли, что он имел дело не с быстро прогрессирующим рассеянным склерозом и не с диффузным периаксиальным энцефалитом Шильдера, а с каким-то новым демиелинизирующим заболеванием. Удивительной особенностью его было то, что оно оставляло в белом веществе мозга концентрические круги демиелинизации. Препарат мозга был похож на слоистую луковицу в разрезе.

Collapse )

Александр Максимов – "отец" стволовых клеток



…Многие знают, что достоверным экспериментальным доказательством существования стволовых клеток являются знаменитые опыты Джеймса Тилла (J. Till) и Эрнеста МакКалаха (E. McCulloch) рубежа 50-60 годов; напомним, что они создавали радиационных химер – облучали мышей-реципиентов в летальной дозе, а гибель животных предотвращала трансплантация костного мозга от животного-донора. Этим авторам удалось экспериментально и математически доказать, что кроветворение у смертельно облученных животных может быть восстановлено благодаря пересадке единственной клетки, которая попав в благоприятное микроокружение (селезенка) могла дифференцироваться в разнообразные клетки крови. Уже в 1968 году Эдвард Доннелл Томас (E. Donnall Thomas) осуществил успешную аллогенную (от другого человека) пересадку костного мозга человека – то есть фактически сделал с человеком то, что Тилл и МакКалах делали со своими мышами. В 1990 он получил Нобелевскую премию «За открытия, касающиеся трансплантации органов и клеток при лечении болезней» (совместно с Джозефом Мюрреем).



Эдвард Доннелл Томас

Такие «молодые» клетки к середине ХХ века уже было принято называть стволовыми, собственно говоря к этому периоду концепция так называемой «унитарной теории кроветворения» была уже вполне сформирована. Как выяснилось позднее, «свои» стволовые клетки есть еще у нескольких важнейших тканей организма.

Концепция о подобном устройстве тканей, которая постулировало наличие одной клетки-предшественницы для некоторого разнообразия клеток в пределах одной ткани или органа начала формироваться в конце ХIX века и достигла ярчайшего развития в первой четверти века ХХ в исследованиях нашего выдающегося соотечественника – Александра Александровича Максимова, само имя которого долго было под запретом. Но – обо всем по порядку.Collapse )

Статья написана специально для нашего блога нашим другом, замечательным ученым и энтузиастом истории Военно-Медицинской академии Романом Деевым

Следить за обновлениями нашего блога можно в наших пабликах в Facebook и ВКонтакте.

Нобелевские лауреаты: Йоханнес Фибигер. Премия за ошибку



Современный Нобелевский комитет часто упрекают: один из пунктов завещания Альфреда Нобеля не исполняется практически никогда, и лауреатам приходится ждать награды порой десятилетиями. А ведь сам основатель премии недвусмысленно говорил: нужно награждать открытия или изобретения не только принесшие максимальную пользу человечеству (хотя какая польза пока что от бозона Хиггса), но и сделанные в предыдущий премии год.

С другой стороны, и шведов можно понять: сколько раз было так, что открытие сделано, стало общепризнанным, а потом в нем находят ошибку? Было же? Было! С Нобелевской премией тоже произошла та же история. И ведь не скажешь, что в случае премии по физиологии или медицине премию получил недостойный человек, нет. Лауреат 1926 года сделал очень много важного и достойного премии, но вот вердикт Нобелевского комитета – с точки зрения современной науки – выглядит полной чушью.

Возможно, именно после нашего случая (хотя я бы добавил к нему и «нобеля» Эгаша Мониша, до которого мы через год-другой тоже доберемся) и приходится другим ждать своей премии 40-50 лет. Но обо всем по порядку. Один «исследователь» считал, что Ленин был грибом и радиоволной. Увы, Сергей Курехин ошибался. Про радиоволну не скажем, а грибом, а точнее – Грибом, был герой сегодняшней статьи рубрики «Как получить Нобелевку». Итак, знакомьтесь!




Фибигер в своей лаборатории
Wikimedia Commons


Йоханнес Андреас Гриб Фибигер

Родился 23 апреля 1867 года, Силкеборг, Дания.

Умер 30 января 1928 года, Копенгаген, Дания.

Нобелевская премия по физиологии или медицине 1926 года. Формулировка Нобелевского комитета: «За открытие карциномы, вызываемой Spiroptera (for his discovery of the Spiroptera carcinoma)».

Наш герой родился в семье врача Христиана Августа Фибигера и его супруги, которая была гораздо известнее мужа, писательницы и филантропа Элфрид Фибигер. Ничего удивительного в этом нет: отец Йоханнеса и его брата-близнеца Йоргена, который впоследствии станет известным инженером-строителем, умер через три года после рождения детей. Мать переехала в Копенгаген и начала активно работать – писать романы. Кроме этого, она создала первую в Дании кулинарную школу. Так что семья была очень необычной (мы можем добавить сюда дядю Йоханнеса, в честь которого и назвали нашего героя, который был известным священником и поэтом).

Collapse )

Написано одним из авторов блога для проекта "Как получить Нобелевку" портала Indicator.Ru

Клинические истории последней русской императрицы. Часть вторая

Итак, мы продолжаем разбирать клинический случай Александры Фёдоровны, последней русской императрицы, имевшей целый букет болезней, но погибшей от острого отравления свинцом. В первой части мы рассмотрели заболевания позвоночника и психические проблемы. Но это - еще не все.



Сердце


Заболевание императрицы, начавшееся осенью 1907 года, которое обычно связывали с «сердечными припадками», продолжало развиваться, и весьма информированная приближенная генеральша Александра Богданович в дневнике записала (24 февраля 1909 г.): «Про царицу Штюрмер сказал, что у нее страшная неврастения, что у нее на ногах появились язвы, что она может кончить сумашедствием». Плохое состояние здоровья императрицы не было секретом, и сплетни поступали к Богданович со всех сторон. В сентябре 1909 г. она записала: «Сегодня Каульбарс сказал, что царица совсем больна - у нее удушье, ноги опухли». Таким образом, ухудшение состояния здоровья императрицы в 1907 - 1909 годах ее недоброжелатели начали связывать с «сумасшествием», а те, кто ей симпатизировал – с заболеванием сердца.

Ближайшая подруга Александры Анна Вырубова пишет о проблемах с сердцем: в Ливадии «все чаще и чаще повторялись сердечные припадки, но она их скрывала и была недовольна, когда я замечала ей, что у нее постоянно синеют руки и она задыхается. - Я не хочу, чтоб об этом знали, - говорила она». О проблемах с сердцем упоминается и в дневнике Ксении Александровны. 11 января 1910 года она записала: «Бедный Ники озабочен и расстроен здоровьем Аликс. У нее опять были сильные боли в сердце, и она очень ослабела. Говорят, что это на нервной подкладке, нервы сердечной сумки. По-видимому это гораздо серьезнее, чем думают».

Collapse )

Клинические истории последней русской императрицы. Часть первая

В честь годовщины со дня взошествия на престол последнего российского императора Николая II, которая была вчера, мы сегодня поговорим об одной из самых интересных и спорных сторон заката жизни царской семьи – о здоровье Александры Федоровны (ну и посмотрим, на кого же Ники променял свою Матильду). Источники путаются в показаниях, современники противоречат друг другу, приближенные двора не стесняются высказывать свои догадки, иногда подтверждаемые лишь только предметами собственного воображения. Однако же среди обилия информации достоверно выделяется один весьма точный факт – принцесса Виктория Алиса Елена Луиза Беатриса Гессен-Дармштадтская обладала целым букетом самых разных недугов и была необычайно болезной особой.



Собственно, неудивительно, ведь девушка вобрала в себя все «лучшие» итоги близкородственных браков и кровного родства. А ведь генетическому материалу нужна «свежая» кровь аки воздух, ведь ошибки и мутации из поколения в поколение имеют свойство накапливаться. Естественно, в первую очередь идет речь о гемофилии, которую даже назвали «викторианской болезнью». Ее Алиса Дармштадтская унаследовала от бабушки – английской королевы Виктории, в роду которой роковая мутация встречалась с завидной регулярностью. Одно благо – женщины не болеют. Но вот мужчины, которым в будущем предначертано стать наследниками престола, «огребают» по полной, особенно в этом веками кипящем генетическом бульоне.

И тут начинаются толки. Одни говорят, что князь Бисмарк и, собственно, сама принцесса знали об этой напасти, но тщательно скрывали от всей царской семьи, другие утверждают, что Николай Александрович также, как и его родители, был прекрасно осведомлен об этом, что, однако, его пылкое сердце влюбленного не могло остановить. Известен также и факт, что родители обоих сторон были против брака. Но кто ж их будет слушать? Так сложились обстоятельства, чему способствовала болезнь Александра III, что попросту у них не было ни сил, ни желания, ни времени переубеждать упрямое чадо.
Известно, что Николай II и принцесса Алиса были дальними родственниками, будучи потомками немецких династий, и их брак, мягко говоря «не имел права на существование». Например, по линии своего отца Александра Федоровна была и четвероюродной теткой (общий предок — прусский король Фридрих Вильгельм II), и троюродной сестрой Николая (общий предок — Вильгельмина Баденская). К тому же родители Николая II были крестными родителями принцессы Алисы. Суженные понадеялись, что «пронесет», и долгие годы ждали рождения мальчика, которого в итоге природа «хорошим» геном все равно не обделила.
Однако, мы отвлеклись. Поговорим же о самой принцессе.Collapse )